15 февраля исполнилось десять лет со дня выхода на экраны исторической мелодрамы «Ещё одна из рода Болейн» режиссёра Джастина Чадвика. Фильм снят по мотивам романа Филиппы Грегори, а главные роли исполнили Скарлетт Йоханссон, Натали Портман и Эрик Бана. Вспомним о фильме и его создателях.

Мария Болейн знатна, умна и красива. Понуждаемая родным дядей, придворным интриганом, она становится любовницей короля Генриха VIII, у которого нет сына и наследника. Род Болейн надеется благодаря этой связи и возможному рождению бастарда упрочить своё положение и влияние. Однако у сестры Марии, Анны Болейн, куда более амбициозные планы. Она начинает тонкую игру, соперничая с Марией за место возле короля и лелея надежду со временем стать законной королевой, даже не подозревая, какая участь её ожидает.

Свои исторические новеллы об английских королях и королевах популярная английская писательница Филиппа Грегори всегда строила по не хитрой, но приносящей плоды схеме «а что, если?». А что, если супруга короля Эдуарда IV Элизабет Вудвилл была не хладнокровной интриганкой, как её представляли современники, а преданной любящей женой и жертвой обстоятельств («Белая королева»)? А что, если Елизавета Йоркская и её супруг Генрих VII вместо обретения семейного счастья и процветания для Англии тихо ненавидели друг друга и вели тайную борьбу за власть («Белая принцесса»)?

Прославленный и дважды экранизированный роман «Ещё одна из рода Болейн» придерживается этой же модели. А что, если Генрих VIII Тюдор по-настоящему любил вовсе не Анну Болейн, а её сестру Марию, которую встретил чуть раньше? Добавим к этому дворцовые интриги, чувственные сцены, живописные декорации тюдоровской Англии и получим почти готовый сценарий для экранизации.

Наверное, поэтому перенос романа Грегори на киноэкран доверили режиссёру-дебютанту Джастину Чадвику. От него требовалось лишь не испортить первоисточник, точно следуя написанной истории. И Чадвику это вполне удалось. «Ещё одна из рода Болейн» смотрится как красивая и мастерски сделанная зарисовка на тему династии Тюдоров с мелодраматическим сюжетом в основе. Натурой для съёмок послужили живописные окрестности графств Кент и Уилтшир в Англии. Роль лондонского Тауэра «сыграл» один из самых больших по площади английских дворцов Дуврский замок.

Вообще главная заслуга фильма – удивительно точная игра света и тени. В начале фильма свет льётся со всех сторон: праздники, танцы, охота, всеобщее веселье и вера в лучшие дни – вот описание двора Генриха VIII. Недаром он всегда любил сравнивать себя и своё окружение с движением небесных светил. Король – центр этой своеобразной «солнечной системы», а его родственники и придворные – планеты разной величины, что вращаются вокруг Солнца до тех пор, пока оно не погаснет. Мария и Анна, как мотыльки, слетаются на огонёк, чтобы погреться в лучах славы короля, каждая в свой час. К середине фильма картинка постепенно затемняется, становясь предвестником трагических событий. Даже различие сестёр Анны и Марии подчёркивается цветовым решением. Добрая, открытая блондинка Мария появляется на экране как будто в окружении света, а холодная, рациональная брюнетка Анна всегда придерживается тени, подчёркивающей её скрытный характер.

Ещё одно достоинство фильма – актёрский ансамбль. Роль Генриха VIII досталась австралийцу Эрику Бане, на тот момент известному по роли Гектора в «Трое» Вольфганга Петерсена. Несмотря на явное расхождение с каноническим образом Генриха (по сравнению со своим грузным историческим прототипом, Бана смотрится слишком молодым и подтянутым), актёру прекрасно удалось передать нетерпимый и деспотичный характер английского короля, способного пойти на всё ради желаемой цели и так же легко избавиться от надоевшего трофея. Сам Бана говорил, что играл «человека, который был молод и движим страстью и жадностью». В сцене, где Генрих восседает на троне рядом с новоиспечённой королевой Анной, одним только непроницаемым взглядом и резким изгибом брови Бана без лишних слов передаёт своё отношение к ставшей ненужной и уже не любимой королеве.

Под стать Бане и его экранные партнёрши, американки Скарлетт Йоханссон и Натали Портман. Йоханссон описала сюжет как «мелодраматическую сказку», поскольку роль её героини в исторических событиях явно преувеличена. Так, реальная историческая Мария вовсе не была скромницей, как в фильме, а, наоборот, о её любовных похождениях во Франции в те времена ходило немало слухов. Да и для Генриха Мария никогда не была любовью всей жизни, а, скорее, однодневной фавориткой из числа многих. Тем не менее, в фильме совместные сцены Генриха и Марии смотрятся очень чувственно и гармонично, а исполнители прекрасно дополняют друг друга.

Для Натали Портман, как она рассказывала, роль Анны стала настоящим вызовом, поскольку таких персонажей она ранее не играла. Быть может, дело действительно в новизне для актрисы, но её Анна местами выглядит какой-то потерянной и иногда откровенно уходит на второй план, особенно на фоне колоритных Баны и Йоханссон. В истории вторую жену Генриха VIII хоть и принято считать личностью противоречивой да ещё и обладательницей весьма заурядной внешности, но, несомненно, необычайно яркой и живой, чем она в итоге и смогла привлечь короля Англии.

Этого внутреннего огня в отдельных сценах Портман как раз и не хватает: она будто боится выйти за рамки прописанного в сценарии образа, то есть выступить коварной разлучницей и постепенно уйти со сцены. С одной стороны, подобная трактовка не вяжется с образом расчётливой и знающей себе цену женщины, какой привыкли представлять Анну, но с другой – в общем и целом соответствует общей задумке фильма, по которой и Анна, и Мария были лишь пешками в дворцовых интригах и фактически не имели своего голоса. Хотя, быть может, актрисе просто не хватило отведённого её героине времени на то, чтобы как следует раскрыть образ будущей королевы.

Зато Портман прекрасно удались сцены низложения Анны – боль от утраты доверия и любви короля и невозможности родить ему долгожданного наследника органично сочетается с образом загнанной и сломленной женщины.

Гримёры и художники по костюмам, работающие над фильмом, постарались на славу, воссоздавая раннюю тюдоровскую эпоху. Особенно хочется отметить великолепные наряды того времени, сконструированные по моде XVI века. Настоящая изюминка фильма – точная копия платья Анны Болейн с одного из её портретов. И на портрете, и в фильме Анна облачена в зелёный наряд, который в то время считался чрезвычайно модным. Также это платье отражало французские модные веяния. Например, чрезмерно широкие воронкообразные рукава, которые шились отдельно, а потом пристёгивались к верхней части рукава, широкий вырез лифа, а также головной убор под названием французский капюшон.

К слову, именно Анна Болейн ввела при английском дворе моду на всё французское. И, надо признать, тонкий вкус и природное чувство меры никогда ей не изменяли. Даже зелёный цвет наряда был выбран одной из сестёр Болейн отнюдь не случайно. Тёмненькой по природе Анне (в отличие от обладательниц светлых волос) изумрудный шёл необыкновенно, подчеркивая яркость губ и глаз. Самому Генриху нравилось, когда его новоиспечённая возлюбленная появлялась при дворе в зелёных одеждах, поэтому он часто дарил ей изумруды, идеально подходившие к этим нарядам.

Украшения той эпохи – отдельная тема. Очаровательные модные безделушки носили не только чисто декоративный, но и прикладной характер, поскольку на них иногда держался весь сложный дворцовый наряд – как в прямом, так и в переносном смысле. Для Анны таким украшением послужил кулон с украшением в виде буквы B, который стал не просто модным аксессуаром, но и символом короткой власти дома Болейн, с которым вторая королева Англии не расставалась до самой смерти, завещав его единственной дочери – Елизавете.

Помимо прочего, «Ещё одна из рода Болейн» – это красиво снятая история любви, страсти, ревности, зависти и предательства на фоне важнейших исторических событий, связанных с реформой церкви и установлении абсолютной власти монарха в английской истории.

А ещё это рассказ об извечной борьбе за власть, в которой нет места милосердию, искренней привязанности, семейным узам. Сестринская нежность, некогда связывавшая Анну и Марию Болейн, превращается в ненависть, а родственное соперничество – в настоящий поединок за благосклонность короля. «…Одна сестрица Болейн или другая – какая разница. Каждая из нас может стать королевой Англии, а семья… семья нас ни в грош не ставит», – в минуту отчаяния признаётся Анна сестре. И пускай одна из них взойдёт на трон, а другая останется лишь эпизодом – обе сестры окажутся лишь пешками в королевской игре, ставками в которой окажется жизнь одной и счастье другой.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here