Мой король

Синдром бесконечности

Француженка Майвенн Ле Беско, известная широкому кругу зрителей скорее в качестве актрисы, нежели постановщика (не заглавные, но роли в «Леоне» и «Пятом элементе»), сняла безукоризненную в актёрском отношении драму с Венсаном Касселем и Эмманюэль Берко в центре действия.

Тони, а если полностью и совсем официально – Мария-Антуанетта – во время катания на лыжах повреждает коленный сустав. Больничный путь восстановления, тернистый и долгий, в фильме равен времени на раздумья и осознание своей истории любви длиною в 10 лет. Режиссёр Майвенн Ле Беско разворачивает перед зрителем два параллельных хронотопа, за метафорой жизни как повреждённого коленного сустава скрывая суть. Реальность вплетается в воспоминания, смех в предшествующем кадре сменяется выражением страдания в настоящем.

Когда-то те 10 лет назад в череде пьяных вечеринок Тони встречает Джорджио, до безумия харизматичного и вполне успешного владельца ресторана. Спонтанный завтрак, оставленный номер вместе с телефоном как обаятельный трюк, всё более частые встречи, невероятная по своей мощи волна страсти – только начало истории, которая по определению не будет иметь конца.

Типичная французская история выдаёт изюминки, но в деталях. Море любви, долгожданный ребёнок, таблетки, истерики, измены, алкоголь и снова море любви. Но эта любовь не даёт дышать.

Здесь все на своих местах – Венсан Кассель – типичный мужчина, Эмманюэль Берко – типичная женщина, и они лишь играют свои роли в этой классически французской киножизни.

Таких фильмов сняли за историю кинематографа более чем достаточно, и французские ленты, очевидно, в фаворитах. Но есть то, чем «Мой король» смело выделяется из ряда таких типичных и перманентных историй любви.

В подборе актёров нет изъянов: Кассель невероятно хорош в образе воплощённой сексуальности и животного начала, Берко – не то чтобы красивая, но типичная европейка со своими в данном случае – средненькими адвокатскими амбициями. И даже если искать изъяны за пределами главных ролей, попытка обречена на провал. Можно долго петь любовные дифирамбы Касселю и преклоняться перед талантом Берко (впрочем, Канны в прошлом году отдали ей должное «Золотой пальмовой ветвью» за лучшую женскую роль), но давайте остановимся на Луи Гарреле. Определённо, «Мечтатели» и «Воображаемая любовь» – те фильмы, после которых загремела его слава. Если же по каким-то причинам этот артхаусный гром обошёл вас стороной – Гаррель в роли брата Тони – само очарование.

От женщины в этой драме ждёшь и получаешь исключительно женские реакции и поступки – именно здесь так органично вспомнить о гендерных стереотипах на режиссёрском поприще и этой лентой их подтвердить. Фильм снят изящной женской рукой, и в то же время в нём совсем стирается мужское и женское в восприятии событий. Иными словами – женщина, снявшая что-то не только для женщин – это про Ле Беско.

Лента-метафора старается быть самоочевидной: восстановление сустава как восстановление веры в жизнь, самой жизни, что, в общем-то, звучит прямым текстом практически в начале фильма. Или же чуть заковыристее, если глянуть внимательно: жёлтая рубашка врача, который обследует беременную истеричную Тони – как предупреждающий сигнал о том, что дальше будет только хуже, а если по-другому – дальше – всё тот же замкнутый круг.

В какой-то момент совсем уж кажется, что вот сейчас у героини спадёт с глаз пелена, и все открывшиеся очевидности восстановят картинку целиком. Куда уж дальше, и не пора ли поставить жирную точку в этом круге любовного страдания? Но нет, очередная обманка. Синдром бесконечности французской страсти без начала и конца, всё с теми же подводными камнями. «Что значит бороться?», «Любить значит страдать», – и другие затёртые до дыр фразы Джорджио как нельзя лучше вписываются в эту бесконечность. История, конца которой ждёшь, но ей, видимо, просто не суждено закончиться.

Вердикт: Классическое французское кино про всепоглощающую страсть в женской версии.

7

6

8

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here