Мулен Руж

Пересматривать фильмы 15-летней давности весьма полезное занятие. При, казалось бы, не слишком большом временном отрыве от дня сегодняшнего, многие события, происходящие на экране, получают, как правило, совершенно иную оценку. Вместе со временем меняется общество, а вслед за обществом перемены происходят в нашем сознании. Во время просмотра кинолент, актуальных только на момент своего выхода и не имеющих большой художественной ценности, приятно предаваться ностальгическим настроениям, вспоминая, что волновало героев начала XXI века и тебя самого. Но в кинематографе, как и в иных видах искусства, есть произведения, не теряющие ни актуальности, ни ценности с течением времени. Дело здесь даже не в том, что, по обыкновению, в основу этих произведений заложены вечные темы, а в том, кто и какими средствами их создаёт.

Австралийский режиссёр Баз Лурман – удивительный Художник. В его фильмографии всего пять картин, и каждая из них – событие в мире кинематографа. Можно критиковать его индивидуальный стиль, но бессмысленно отрицать его заслуги. Примечательно, что все пять фильмов Лурмана можно было бы условно объединить в единый цикл из-за сквозной темы, которая присутствует в каждой картине. Режиссёр снимает фильмы о любви. Той самой, которая всегда идёт рука об руку с эпитетами «чистый» и «светлый». Вероятно, выбор этой темы обусловлен личным счастьем База Лурмана. Над каждым из фильмов рука об руку с ним работала Катрин Мартин, не только талантливый художник и продюсер, но и его жена. Декорации и костюмы в лурмановских фильмах порой вызывают восхищение, граничащее с потрясением. И если изюминкой от декораторов «Великого Гэтсби» становится вечеринка в доме главного героя, то «Мулен Руж» – это одна большая костюмированная вечеринка, поражающая своими масштабами.

События фильма разворачиваются в конце XIX века. Главный герой, начинающий писатель Кристиан (Юэн МакГрегор), приехавший во Францию в поисках вдохновения, рассказывает нам свою трагичную историю любви к самой известной куртизанке Парижа Сатин (Николь Кидман), работающей в кабаре «Мулен Руж». Несмотря на то что трагический финал раскрыт в самом начале фильма, мы продолжаем с интересом наблюдать за развитием сюжета, который вобрал в себя и черты бродвейского мюзикла, и оперы-буффы, и трагической оперы. Чувства героев вспыхивают во время работы над богемной пьесой, которая должна превратить Сатин в настоящую актрису, а Кристиана – в драматурга. От мелодрамы требуется наличие ложки дёгтя, и ею становится богатый и ревнивый Герцог (Ричард Роксбург), спонсирующий актёрский дебют куртизанки и готовый купить всё кабаре ради ночи с ней. Для Герцога нет разницы в том, покупает ли он баснословно дорогое бриллиантовое колье, или живого человека. Он объясняет своё поведение очень просто: «Я не люблю, когда трогают мои вещи».

Мулен Руж

Канва сюжета не только архаичная по своей природе, но и напичкана всевозможными клише: любовный треугольник, отношения, обречённые на трагический финал, смерть одного из главных героев под занавес. Но именно поэтому «Мулен Руж» – штучный продукт в киноиндустрии. Имея в своём арсенале миф об Орфее и либретто к опере Верди «Травиатта», Базу Лурману удаётся создать совершенно новое произведение.

Главная режиссёрская находка – основное действующее лицо фильма – кабаре «Мулен Руж». Оно будто обладает центростремительной силой и притягивает к себе всех персонажей. Даже если действие происходит не внутри кабаре, оно всё равно так или иначе фигурирует в кадре. Все актёры, работающие в кабаре, проводят в здании дни и ночи. Сатин, будучи привилегированной куртизанкой, живёт в причудливом будуаре-слоне возле «Мулен Руж», Кристиан снимает квартиру с видом на кабаре, а Герцог смотрит на «Красную Мельницу» с башни своего готического замка. Сам о том не подозревая, Баз Лурман создаёт замкнутый топос, внутри которого и существуют герои. Даже после смерти любимой Кристиан не выходит за пределы топоса – он пишет их историю в той же квартирке, в которой был счастлив вместе с Сатин, глядя на вращающиеся лопасти мельницы.

Учитывая размах режиссёрской задумки – воскресить жанр «фильма красного занавеса» – картина потерпела бы фиаско, если бы вся съёмочная группа не работала в сплочённом тандеме. Над созданием фильма трудилось огромное количество человек (только для создания костюмов потребовались 80 костюмеров!), и видно, что работали они засучив рукава. В «Мулен Руж» сложно выделить и проанализировать какой-то один аспект. Фильм, будто пазл, складывается из мельчайших частиц, которые только присоединяясь друг к другу образуют единую картину. Будь то работа оператора Доналда МакЭлпайна, чья камера порой летает по закулисному пространству с такой скоростью, что зрителя не покидает ощущение, будто его вот-вот подхватит вихрь пост-абсентных галлюцинаций и ярких юбок, и он сам окажется среди этих напомаженных продажных женщин. Или работа композитора Крэйга Армстронга, стараниями которого речь героев фильма наполнена цитатами из шлягеров XX века – они аранжированы так свежо, будто написаны специально для этого фильма и лишь томились в ожидании занять свои места в его музыкальной канве.

Мулен Руж

Если говорить о музыкальной стороне фильма, которой отведена львиная доля экранного времени (и не удивительно, ведь это – мюзикл), то от актёров требовалось настоящее вокальное мастерство. Их партии не были заранее записаны в студии. Режиссёр заставлял актёров петь прямо в камеру, чтобы достичь максимального сближения с жанром театрального мюзикла. К слову, все хореографические номера исполнялись также без участия дублёров. Николь Кидман даже сломала ребро и повредила колено во время съёмок эпизода, где её героиня парит над танцевальной площадкой на качелях.

Если оценивать актёрскую игру Кидман в «Мулен Руж» спустя 15 лет, то за исполненную ею роль дивы кабаре, можно было бы поставить твёрдую четвёрку. Зная сегодня о практически безграничных возможностях этой актрисы, которая может изобразить по меньшей мере 10 видов плача, она позволила переиграть себя актёрам-мужчинам, хоть и получила номинацию на «Оскар» (кстати, это единственная номинация из всего актёрского состава). Если 15 лет назад больше верилось в слова, то сейчас склоняешься к вере в действия. Любовь Сатин к Кристиану живёт только в строчках её ответных любовных рулад в его адрес и томных взглядах из-под ресниц, в то время как богемный писатель в исполнении МакГрегора буквально пылает от любовного чувства, накаляя доверие зрителя до температуры плавления золота. Даже буфонный Герцог в исполнении Роксбурга показывает более богатую гамму эмоций, чем главная героиня. Кидман же не хватает харизмы кабаретной актрисы начала прошлого века, под которую её стилизуют.

В русском дубляже Кристиан называет свою пьесу эффектным зрелищем. В его уста будто вложено основное определение этой картины. Это эффектный ремикс, мастерски сочетающий старое и новое, миф и реальность. Если бы Баз Лурман решил стать фокусником, он точно смог бы провести зрителей своими уловками. По крайней мере, в «Мулен Руж» ему это удаётся.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here